Они сели, Максим приготовился слушать, жалея, что у него нет диктофона. Впрочем, на память он никогда не жаловался, и это утешало.

– Мы начали с того, – продолжил Борис, – что попытались разобраться в том, какие законы действуют в сновиденном мире. Это была трудная, но увлекательная работа. Так вот: оказалось, что для человека во сне всегда присутствует запрет на осознание. Можешь сказать, что тебе сегодня снилось?

– Сегодня? – Максим наморщил лоб. – Снилось, что я был на лекции, потом искал в магазине запчасти к телевизору. Дальше за мной кто-то гонялся, но толком уже не помню.

– Но ты знал, что спишь?

– Нет. – Максим покачал головой. – Я понял, о чем ты – Кастанеда писал, что во сне можно осознаться. То есть знать, что ты спишь.

– Именно, – согласился Борис. – Обычного человека во сне кидает из сюжета в сюжет, в этом смысле он подобен слепой марионетке. Как думаешь, что управляет этой марионеткой? Что управляет тобой во сне, заставляет что-то делать?

– Не знаю, – пожав плечами, Максим виновато улыбнулся. – Я об этом как-то не думал.

– В том-то и дело, – кивнул Борис. – Сны для нас столь привычны, что обычно мы даже не задумываемся, почему в них что-то происходит именно так, а не как-то иначе. Сон – он и есть сон, чего о нем думать? А хакеры задумались, в итоге выяснили жутко интересную вещь: каждый наш сон соответствует определенной программе. Меняется сон, меняется программа. Представь, что кто-то время от времени меняет компакт-диски в проигрывателе, и в соответствии с записью на очередном диске тебе подкидывается тот или иной сюжет сновидения. И ты, будучи послушной слепой марионеткой, исправно «озвучиваешь» – в кавычках – эту запись. То есть что-то делаешь, с кем-то дерешься, от кого-то бежишь или за кем-то гонишься – десятки сюжетов, и ты в них – главное действующее лицо. При этом ты не имеешь возможности изменить запись, она доступна только для чтения – only read, как говорят компьютерщики. Но если наши сны определяются некой защищенной программой, то возникает вопрос: а нельзя ли ее взломать?

– Отсюда и название группы – «хакеры сновидений»? – спросил Максим, уже зная ответ.

– Именно, – согласился Борис. – Что учитель Кастанеды советовал ему делать для того, чтобы осознаться во сне?

– Искать руки, – уверенно заявил Максим. – Кастанеда должен был посмотреть на них во сне.

– Правильно. Но чем является это действие, зачем оно? В чем его смысл?

– Это поможет понять, что ты спишь. Пока я понял это именно так.

– А смысл в том, – продолжил Борис, – чтобы ввести в программу сновидения свою маленькую программку. Эдакого «червя», который будет медленно, но неуклонно выполнять свою разрушительную работу. В итоге однажды сновиденная программа даст сбой, и ты осознаешься во сне. Фактически, ты проснешься во сне, твое сознание выйдет из-под опеки сновиденной программы. Сон превратится в сновидение. Как думаешь, что произойдет дальше?



– Я смогу что-то делать в сновидении. То, что хочу.

– Да, но недолго. Очень скоро – может, через минуты или даже секунды, программа сновидения заметит сбой. Соответственно, она попытается восстановить статус-кво, а именно: ты либо потеряешь осознание и вернешься в обычный сон, либо тебя просто вышвырнет из сновидения и ты проснешься. Тем не менее, ты получишь крупицу опыта. Со временем – если не будешь делать ошибок – таких крупиц будет становиться все больше. В итоге произойдет удивительная вещь: сновиденной программе надоест с тобой возиться, и она просто перепишет твой статус в пользу более высокого. То есть зафиксирует де-юре текущее положение дел. Всё как в жизни. – Борис усмехнулся. – Чем больше миллионов какой-нибудь ворюга украл, тем выше у него шансы стать депутатом, губернатором, а то и вовсе президентом. Выборы окончательно закрепят его новый статус.

– Это понятно. – Максим тоже улыбнулся. – Хотя пока разговоры о сновидении остаются для меня голой теорией. Но искать во сне руки я уже начал.

– Руки – это хорошо, но я бы предложил тебе более эффективный путь. Слышал что-нибудь о картографии сновидений?

– Слышал, но пока подробно не изучил, – признался Максим. – Читаю Кастанеду.

– Кастанеда – это хорошо, но в практическом плане займись картографией сновидений. Если, конечно, тебя действительно привлекают все эти темы.

– Привлекают, – ответил Максим. – И еще как.

– Просто ты должен отдавать себе отчет в том, что твоя жизнь может кардинально измениться. Более того, ты можешь погибнуть, и я не могу не предупредить тебя об этом. Ты рискуешь, даже просто сидя со мной на этой скамейке. Это не игры, Максим. Все очень серьезно и ты должен это понимать.



– Я понимаю, – ответил Максим. – И жалею только об одном: что не узнал о хакерах сновидений раньше.

Борис едва заметно улыбнулся.

– Это, конечно, приятно слышать, – сказал он, – и все-таки соблюдай осторожность. Никто из твоих друзей или знакомых не должен знать о том, чем ты занимаешься. И разумеется, никому не рассказывай обо мне. Это залог не столько моей безопасности, сколько твоей. Просто поверь мне на слово.

– Я верю.

– Тем лучше. Тогда у меня к тебе будет еще одна просьба: как ты уже наверняка понял, в Сети много всяких сновиденных форумов, на некоторых из них обсуждают техники хакеров сновидений. Я прошу тебя пока не участвовать в этих обсуждениях. Читать можешь все что угодно, но не регистрируйся на них и не отсылай никаких сообщений.

– Это опасно?

– Скорее, это может быть опасным. Поэтому лучше соблюдать осторожность.

– Хорошо, я понял… – Максим задумался, задать ли Борису так интересующий его вопрос. Потом все-таки решился: – Я все хотел спросить – как ты ушел тогда из Интернет-кафе? Что это за методика?

– Можно назвать это телепортацией – перемещением в другое место этого мира. Хотя хакеры предпочитают говорить о порталах. Если ты умеешь открывать портал, то в случае опасности всегда можешь просто исчезнуть, перейдя в безопасное место.

– Этому трудно научиться?

– Трудно, – кивнул Борис. – Но возможно. – Он взглянул на часы, потом снова перевел взгляд на Максима. – Что ж, мы неплохо поболтали. Мне пора, у меня еще есть дела. Я позвоню тебе.

– До встречи, Борис. Удачи тебе.

– Тебе того же, – улыбнулся Борис, поднимаясь со скамейки. – Пока!

На этот раз Борис пошел не к переходу, а вверх по Большой Садовой. Максим провожал его взглядом до тех пор, пока тот не скрылся из глаз.

Эта встреча оставила у него весьма противоречивые чувства. Максиму казалось, что Борис встречался с ним не столько для того, чтобы о чем-то рассказать, сколько чтобы еще разок к нему присмотреться. Уверенности в этом добавлял тот факт, что Борис не оставил Максиму номера своего телефона. Выходит, он ему всё еще не доверял. Это было понятно – как можно доверять тому, кого совсем не знаешь? Доверие еще надо заслужить.

Тем не менее, домой Максим вернулся вполне довольный собой. Наскоро поужинав, сел за компьютер – разбираться с заданием Бориса.

Глава вторая.

Еще каких-то десять-пятнадцать лет назад это был обычный дачный поселок. Тихий, уютный, с неглубокой и очень красивой речушкой, в которой так любила плескаться детвора. Однако потом этот поселок присмотрели совсем другие люди. Их не интересовали картошка и редиска, они не горели желанием копаться на грядках. Им просто понравилось это место.

Дачные участки скупали на корню. Если кто-то не хотел расставаться со своими шестью сотками, его сначала вежливо просили подумать, обычно этого вполне хватало. Со строптивцами разбирались по-другому – говорят, кое-кого из них так и не нашли, благо болот в округе хватало.

Вот так и получилось, что за какой-то десяток лет в этом уютном лесном раю вырос элитный загородный поселок. Наиболее престижные виллы расположились по берегу реки, их владельцы словно соревновались друг с другом в роскоши. Простому человеку вход сюда был заказан – дорогу в поселок с некоторых пор перекрывал шлагбаум, рядом всегда дежурили несколько охранников.

Этот дом внешне ничем не выделялся среди остальных – все та же безумная роскошь, все то же желание показать, кто есть кто в этом мире. Тем не менее, дом этот отнюдь не являлся рядовым. И если хорошо присмотреться, то можно было заметить и два рубежа сигнализации, и коробочки телекамер, контролирующие подступы к дому. Вдоль солидной кованой ограды, исподлобья глядя вокруг, неторопливо прогуливалась парочка бультерьеров. Внутри, у ворот, расположились два охранника, еще двое дежурили у крыльца. Что и говорить, выглядел дом весьма гостеприимно.

На втором этаже дома, в уютном кабинете, украшенном работами самых известных мастеров живописи, неторопливо беседовали три человека. Судя по всему, один из них, высокий и худощавый господин лет сорока пяти, в дорогом халате и мягких тапочках, был хозяином. Он сидел в своем любимом кресле и неторопливо потягивал трубку, время от времени выпуская к потолку струйки дыма. Его взгляд отличался удивительным спокойствием, более того, в нем ощущалась непонятная тяжесть, массивность – казалось, взгляд этот был наполнен свинцом. Хозяин задумчиво слушал своих посетителей, время от времени задавая короткие уточняющие вопросы.

Два других джентльмена выглядели совсем не так внушительно. Один из них, еще не старый человек лет сорока, мял в руках платок, то и дело вытирая со лба капли пота. Второй, толстенький человечек с одутловатым лицом, пытался избежать взгляда хозяина, он откровенно боялся этого молчаливого мрачного человека.

– Ну хорошо. – Хозяин вынул трубку изо рта. – Допустим, это действительно так и в Сети он больше не появляется. Но ведь он не один, у него наверняка есть какие-то контакты с другими хакерами или с теми, кто их поддерживает. Вы меня удивляете, Крамер – помнится, не так давно вы хвалились, что у вас есть прекрасные специалисты. Ну так работайте – мне нужны результаты, а не пустые отговорки. Взламывайте ящики, контролируйте переписку, отслеживайте телефонные разговоры тех, кто так или иначе связан с хакерами. Не может быть, чтобы Слай исчез бесследно, он все равно себя как-то проявит. И помните, мой дорогой Крамер – еще одной ошибки я вам не прощу. Вы и так здорово всё испортили.

– Но мы же не знали тогда, что он сможет открыть портал! – попытался оправдаться собеседник. – Ведь это ненормально, Кен убеждал нас, что Слай не сможет этого сделать, что для этого нужны соответствующие условия.

– Ваш Кен – круглый идиот, – произнес хозяин, выпустив к потолку облачко дыма. – Вам всего-то нужно было сообщить мне, что Слай найден. Только сообщить, и я бы сам продумал операцию по его захвату. А что сделали вы? Выслужиться захотели, решили захватить Слая в одиночку. Глупо, Крамер, и непростительно. Вы все время забываете о том, с кем имеете дело. Уж не стареете ли вы?

– Но мы должны были действовать быстро! – не согласился собеседник. – Мы могли его снова потерять, поэтому я и принял решение о захвате. В конце концов, такие решения входят в мою компетенцию.

– Мне решать, что входит в вашу компетенцию, а что нет. Вы слишком много на себя берете. Почему вы не сообщили мне о письме Айрис?

– Но в нем же не было ни слова о Слае!

– Крамер, вы меня удивляете. Я начинаю жалеть, что поручил вам это задание, хакеры вам явно не по зубам. Если ваших способностей не хватает, чтобы самому правильно оценить ситуацию, просто найдите нормального толкового аналитика. Почему я узнаю об отъезде Эльзы через две недели после того, как она вернулась?!


opasnost-maloveriya-i-fanatizma-ih-priznaki.html
opasnost-nedoocenki-roli-kulturi-v-stanovlenii-i-razvitii-lichnosti.html
    PR.RU™